Крылья перепёлки в лапах орла

Одно из самых распространённых... оправданий не оправданий, но хотя бы извинений за тот или иной недостаток (грубость, чёрствость, трусость): "Это со мной недавно, раньше я был другим".
Как знать, как знать... Другим ли ты был или просто наконец не смог больше закрывать глаза на то, каков ты со стороны...

Прошла вот этот тест на логику. Набрала аж 28 очков из 30. "У вас отлично развито логическое мышление". Вывод: глупый и несовершенный тест, а ведь подхватила ссылку от умного человека. Откуда у меня логическое мышление? (хлопает себя по карманам).

Что-то моя паранойя совсем разбушевалась и погребла под собой жалкие остатки личности. Другими словами, я засовываю "под глаз" (перед прочтением сжечь и пепел слопать, ага) не только саморазоблачительные откровения, но даже безобидные и занятные ссылки, которые могли бы другим понравиться. Будем с паранойей бороться. Вот, например, маленький рассказ. Вчера прочитала, а сегодня вспомнила и поняла, что очень понравилось: История о горбоносом принце и его маленькой собачке.

Предыдущее "шушенское" тоже пошла и рассекретила.

Доделывая очередной фотоотчёт, злобно подумываю о специальной концертной фотофутболке. На ней будет написано примерно следующее человеконенавистническое послание:

Людей, выступающих в очках,
тёмных очках, шляпах с полями и козырьками, —
снимаю СО ВСПЫШКОЙ!

Обстоятельства гибели Пушкина и Лермонтова. Глазами врача.

«* * * (Сирень-2009)» на Яндекс.Фотках

Задумалась о сочинении современной оды начальнику - не вообще, а конкретному начальнику конкретного поэта. Директору предприятия или главе издательства, всё равно. Начало всплыло сразу и безоговорочно:
- О ты, который нас...

Кота переводчика зовут Нбарс.
Кота фотографа - Фикс.

Группа оранжевых дворников-гастарбайтеров перекуривает, живописно расположившись на пухлых розовых креслах между помоечной загородкой и задом грузовика. Когда мы проходили мимо, они задумчиво посмотрели на нас из своего уютного уголка. Дело происходило ранним, свежим и солнечным утром, я в церковь с собой фоторюкзак не беру, но не сомневаюсь, что до меня и после меня всяк прохожий фотографировал эту группу на мобильник. Кресла ещё недряхлые и, возможно, окрестные жители не дадут им сгинуть в пасти мусоровоза.

Знаете, зачем именно нужна чёрная кошка в тёмной комнате?
Чтобы с нею играть!
Правда-правда, чем меньше в помещении света, тем веселее и "охотистее" кошка (и даже не обязательно чёрная). На свету они совеют, скучнеют и бросают игру на самом интересном месте.

- Японские художники могут есть обратными сторонами кисточек.

( Рисующий Махов )

Я смотрю, френдов набралось многовато. Пора распугивать.
( Займёмся... )

О, сколь!

Теперь мимо моих окон летают чайки. На полусогнутых. Дико романтично. Вот только я точно знаю, откуда взялись эти белые птицы с призывными голосами - с приярмарочной помойки, вот откуда. Там от них белым-бело. Был бы снег - он уже растаял, были б лебеди - они б улетели... А кто не снег и не лебедь, тому куда деваться от этой правды жизни?

Я, конечно, люблю совершенство и доведение до абсолюта, но это уж как-то чересчур!

Я решил дать ему пощечину по всем правилам дуэльного искусства, так, как Гумилев, большой специалист, сам учил меня в предыдущем году: сильно, кратко и неожиданно.
В огромной мастерской на полу были разостланы декорации к "Орфею". Все были уже в сборе. Гумилев стоял с Блоком на другом конце залы. Шаляпин внизу запел "Заклинание цветов". Я решил дать ему кончить. Когда он кончил, я подошел к Гумилеву, который разговаривал с Толстым, и дал ему пощечину. В первый момент я сам ужасно опешил, а когда опомнился, услышал голос И. Ф. Анненского: "Достоевский прав, звук пощечины -- действительно мокрый". Гумилев отшатнулся от меня и сказал: "Ты мне за это ответишь". (Мы с ним не были на "ты".) Мне хотелось сказать: "Николай Степанович, это не брудершафт". Но тут же сообразил, что это не вязалось с правилами дуэльного искусства, и у меня внезапно вырвался вопрос: "Вы поняли?" (То есть: поняли ли -- за что?) Он ответил: "Понял".

Про Чёрную речку дальше словами Волошина — это уж "такая правильность", что и пересказывать неприлично. Воспоминания свидетелей, особенно Кузмина, гораздо более приземлённые и нелестные: загородные то ли свалки, то ли болота, застрявшие в снегах такси и провалившиеся в лужу секунданты, суета и неразбериха на поле чести, квартальный по завершении...

Но самое для меня обидное в этой истории, что опереться толком не на что — есть лоскутное одеяло кратких мемуарных отрывков, нет основного, деспотического, все остальные подавляющего источника.

Ну и не могу оставить это дело без противовеса. Глас нашей современности, не к чести её, но столь предсказуемый (кто-то обязательно это должен был сказать, не обошлось). Мы тут, в ЖЖ, называем это "гадание по юзерпику":

Что заставило их в далекие года схлестнуться — уязвленное мужское самолюбие, привычка к постоянному флирту, следование провозглашенным истинам символизма, символистское неразличение жизни и искусства? Трудно сказать. Зато, глядя на портрет Дмитриевой-Черубины, можно сказать наверняка: наружность этой крепенькой волоокой девицы-дамы-поэтессы, любительницы искупаться в море, выпить и потрахаться (засвидетельствовано ею самой и множеством других), не сильно искажена духовностью, которую в ней страстно и напрасно искали два дуэлянта.

Независимая газета — Exlibris, и автор даже мужчина — и я с предвкушающей ухмылкой думаю, что "два дуэлянта" и на том свете его найдут...

25 к 10. Via exler, почему бы и нет.

Большинство из нас умирает дважды и лишь некоторые — однажды.
А "смерть вторая", та смерть после смерти, которой стращают у Иоанна, на самом деле — третья.
Большинство (да, я вновь про этого мифического зверя из бестиария наших упрощений) знает или надеется, что вторая смерть — не окончательная. Но вот насчёт самой первой, той, которая чаще всего настигает нас в юности или в детстве, хотя кого как, — насчёт неё я ни в чём не уверена.
И зря мы больше всего боимся второй.

Ёлочный шарик, оклеенный синими зеркальными кусочками, провисел у нас до весны. Наконец я его сняла, попутно зачищая углы от других новогодних атрибутов, и — перевалочным пунктом — положила на стол. И тут на солнышке он посадил мне синих мелких зайцев на стены и занавески! Я пять минут искала, откуда зайцы! А он оказался не просто шариком, а способным пускать "кружащийся снег", если его подставить под свет и закрутить! Какая несправедливость: его надо было вешать перед каким-нибудь источником света, перед гирляндой или лампочкой, и столько времени его хрупкой жизни потрачено впустую!

Так и быть, поделюсь. Кто сам ещё не набрёл - френдите и наслаждайтесь. В тамошних комментах сплошь прекрасное.
ЖЖ Марины Цветаевой

На работу к Махову примерно раз в неделю наезжает телевидение. То с одного канала, то с другого. Полдня они там трудятся, а полдня позируют, рассказывают и водят экскурсии. Материал-то благодарный, всем интересно поснимать опоки в огне или благовестники в полтора человеческих роста.
А на территории цеха проживает кошка, а на календаре заканчивается март, но уличные коты, начхав на закрытие сезона, просачиваются в цех, чтобы дарить кошке внимание, орать друг на друга... и, как становится очевидно со временем, метить углы.
- Но вы их пинаете?
- Пинаем!
Это вряд ли, это явная неправда. Махов отловил одного ухажёра и сам испугался: здоровенный полосатый зверь, широкий на морду и лапы, и не из одной шерсти состоящий, а мясистый — чистый тигр в полумраке! И раз этакое дворовое страшилище даётся человеку в руки, то какое там "пинаем"... небось ещё и подкармливают...
Тем временем приехали очередные телевизионщики. А на предприятии как раз отлили необыкновенный "прорезной" колокол — не рекордсмен по размерам, но очень нарядный и с хорошим звуком. Этого уникального киногеничного красавца ради съёмок подняли и подвесили, директор предприятия отговорил интервью и для примера в него ударил.
- Бом-м! — разошёлся звук по всему цеху.
- МЯ-А-А-У! — хором отозвались коты изо всех углов и укромных местечек.
Люди на своих рабочих местах принялись сгибаться пополам. Директор, надеясь, что эффект был случайным, позвонил в колокол ещё несколько раз, но спевшиеся гады-коты, недосягаемые в производственных джунглях, с каждым разом орали только дружнее.
Не знаю, пошло ли что-нибудь из отснятого материала в эфир, но у работяг день удался.

Пару месяцев назад написала очередную статью для печати (очередную — это не в смысле как пирожки, а наоборот, третью в жизни). Процесс ненавистный и мучительный. Я органически не могу хоть что-то отдавать в печать, мне это поперёк всего организма, для меня нет ничего хуже, чем доводка текста, который не рвётся появляться сам (а у меня рвётся вырваться любой ценой лишь один из ста, и уж конечно это будет не какая-то дурацкая наукообразная статья). Но кое-как свела, домучила, отослала. И первый раз со мной такое — я боюсь теперь в него заглядывать. Даже спустя два месяца... трушу, и всё тут.

В Москве Французская революция, очередной её этап. Конвент объявил "правильными" революционными цветами жёлтый и синий, а все остальные теперь - контрреволюционны и подозрительны! И вот все принялись разъезжаться, расхватывая жёлтых и синих лошадей (которые одновременно являлись книгами в жёлтых и синих обложках), побросав красные, коричневые и т.д. запретные томики. Я, не унывая, порылась в брошенном и нашла довольно неплохие экземпляры, почти подходящие по цвету: помню, одним из них был тёмно-синий Шарль Нодье. Отобрала себе три книжки поинтереснее, запрягла в кабриолет - процесс запрягания состоял в том, что в книжки надо было вложить что-нибудь твёрдое и плоское, типа линейки, и шнур - и понеслась по городу на сумасшедшей скорости. Скорость была настолько сумасшедшая, что вскоре перестала мне нравиться, слишком опасно я залетала на срезаемые углы. Нет, она была ещё более сумасшедшей, и вот почему. Я остановилась, чтобы осмотреться и сориентироваться, и оказалась уже не на проезжей части, а в коридоре из досок, которые сооружают для пешеходов рядом со стройками. Этот коридор был полностью закрытый, но щелястый, и видно было, что я стою, а зимний светлый пейзаж по ту сторону досок продолжает нестись, мелькать и сливаться. Пришлось ухватиться за доски, чтобы призвать его к порядку, и я была очень довольна тем, что узнала остановившуюся местность.

Наша кошка — как Сталин: каждую ночь устраивается спать в другом месте. Явно боится покушения.

Видела картину в золотистых, белых и коричневых тонах - ни мазка зелени, но изображена именно весна и два всадника, рыцарь в тёмных латах и дама (фигуры по пояс, от лошадей только спины и гривы). Но они не главные герои легенды, служащей темой картины, а только беседуют о главных героях. Вот как. То есть через их, рассказчиков и зрителей, настроение передан аромат этой легенды. Ближняя к зрителю, но сидящая вполоборота дама расспрашивает, наполовину заслонённый ею рыцарь повествует. Картина была уже готовая, к ней требовалось придумать подпись.
Подпись первоначально состояла из двух реплик, потом разрослась до четырёх, и я как раз продумывала эти "четыре тирешки" и целилась выстроить целый диалог, когда меня безжалостно и антихудожественно разбудили.

Логика неба: ...Тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и всё тебе заплачу. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему.
Что уж тут комментировать.

Логика мира: Раб же тот, выйдя, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, что должен. Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: потерпи на мне, и всё отдам тебе. Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга.
Это "сверху", с высоты Того, Кто рассказывает притчу, слушателям виден весь абсурд ситуации: прощённый в великом не прощает в малом. А сбоку — нам этого никогда не видно, и будь мы друзьями должника-заимодавца, мы бы по телефону или в курилке морально поддерживали его многословными монологами: "И совершенно правильно, что жёстко! И правильно, что через суд! Да, и пригрозить, если что! С людьми этого сорта только так и надо, они иначе не понимают! Совести нет и не вложишь. Вот зачем он берёт деньги, если сознаёт, что вернуть не получится? Сколько тебе ещё проявлять к нему снисходительность? Тем более что сумма пустячная в нашем кругу, тут уже принцип важнее. У тебя семья, у тебя кредиты, у тебя свои проблемы... в общем, я тебя прекрасно понимаю, больше скажу, я бы столько терпеть эту нищебродскую наглость не стал!"
Этот прощённый должник ака непростивший заимодавец действовал именно так, как полагается, как у нас принято. По общественному договору, не выходя ни за какие границы, в рамках нормы! Он так и не перестроился, не понял, что его выдернули вверх и вознесли над этой товарно-денежной системой, вне долгов и расписок, в положение абсолютно свободного человека. Он не почувствовал, что царь, у которого не бывает "дней получки", или "отпускных", или "командировочных", или "отката", уравнял бывшего должника с собой. Нет, долг так и остался незримо висеть на нём, и он бросился собирать деньги с других, не успев осознать, что деньги ему вообще уже ни к чему. Что ему теперь полагается бродить по улицам и приставать к прохожим, славя любовь Царя и снискивая репутацию сумасшедшего и святого — ничего другого, менее абсурдного, после встречи с Милостью и не придумаешь.
Заметьте: он царя и не молил о полном прощении долга, тут он получил бесконечно больше, чем надеялся. Он же чётко знал, чего хотел, и хотел точно отмеренной малости. Только отсрочки. Рассчитывая, как чуть позже выяснилось, выколачивать средства из собственных должников. Это тоже логика мира: у человека мира есть иллюзия, что он платёжеспособен, что он справится своими и здешними средствами, дайте только побольше времени (желательно дайте вечность). А молить о безмерной, предельной милости — согласитесь, это дикое унижение. Хочется ведь сохранить лицо и перед собой, и перед Царём.

И логика ада: Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя? И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга.
То есть в итоге получил он от царя точнёхонько то, что хотел: отсрочку и пересмотренные в сторону ужесточения условия возврата долга. Он не вместил милости и отторг её — что ж, Царь отзывает непрошеный, несвоевременный, неоценённый дар и даёт взамен просимое, по рабской мерке просителя. И где и как тут проходит граница между миром и адом — этого не нарисует ни один картограф.

Второй подарок — для моего координатора (как это звучит, как звучит!) lil_kodomo, гейзера энергии и гения работоспособности, сочетающей суровое самурайское чувство ответственности с утончённым пониманием сетевого этикета. Для той, кто умеет вдохновлять, примирять и разрешать трудности. С Новым годом, Лил, твоя команда тебя любит и ценит!

Подарок довольно увесистый, на 192 мегабайта. В него запакована китайская современная живопись: животные, птицы, цветы, растения и пейзажи в хорошем и очень хорошем разрешении. Всего около 270 картин.
lil_kodomo положено дарить Японию, никак не меньше и никак не иначе. Но я непредусмотрительная зверушка и все вкусные японские ссылки пересылала ей сразу же, как только видела, так что всё, что имеется японского у меня, уже попало и к ней. :(

Разумеется, утащить эту живопись на свой компьютер могут все желающие.

( Превьюшки снова под обрезом )

Подходящая музыка:

Скачать её можно здесь (весь двухдисковый альбом «Китайские песни», чего уж мелочиться).

Здесь лежит персональный новогодний подарок для n_yaanna, да удлинится её хвост.
Но если его захочет скачать ещё кто-нибудь — не возбраняется и даже приветствуется.
Около 230 картин и картинок (не фотографий) с кошками. На 58 мегабайт, размеры от средних до больших. Неприхотливы, многофункциональны, годятся на обои, слайдшоу, открытки и кому какая фантазия взбредёт.

( Превьюшки под обрезом. Осторожно, большие кошки, френдленту раздирают в клочья, трафик лопают мисками. )

И соответствующая к ним музыка:

Скачать на память можно здесь.

За своими личными хлопотами я совсем забыла объявить, что у Махова выступление. Как раз сегодня, 24 декабря. Паб Doolin House на Старом Арбате, д. 20, начало в 20:30. И будет там уже не просто одиночный Махов, а дебют его группы с прежним названием "Игровые автоматы" и наполовину новым составом. Присоединяйтесь. Необычные слова и звуки обещаю. ( Флаер здесь )

Мне говорил профессор медицины,
Что клетки - это наши кирпичи.
Наверное, он прав хотя бы наполовину,
Наверное, не могут врать врачи.

Я даже чувствую в себе все эти клетки,
Особенно одну, где прутья - лёд,
Где птица смирная сидит на голой ветке
И тихо плачет, и лишь изредка поёт...

Плитвицкие озёра зимой и весной.

Черновиков жалко. Электронных черновиков не бывает, вернее, искусство создания и сохранения электронных черновиков ещё не развилось. И вот все наброски пропадают, втягиваясь в чистовик.